Россия после Путина

Эксперты «Дня» — о трансформациях в РФ и рисках для Украины

Несмотря на практически всеобщую уверенность в том, что следующим президентом России станет Путин, интрига сохраняется. По-прежнему остается открытым вопрос — в каком туре? За последнее время рейтинги Путина и Медведева серьезно пошатнулись, а у пресловутой российской стабильности появились признаки нестабильности. Это показали декабрьские митинги оппозиции, когда впервые после начала 1990-х на улицы больших городов России вышли десятки тысяч недовольных выборами россиян. Конечно, критической массы для кардинальных изменений пока недостаточно, но… в Украине тоже когда-то все начиналось с акций «Украина без Кучмы!», а закончилось оранжевой революцией. Что и как произошло потом — другой вопрос.

Небольшая интрига предстающих выборов стала поводом для различных суждений и прогнозов в России. В частности, лидер движения «Левый фронт» Сергей Удальцов в своем блоге на «Эхо Москвы» пишет: «…надо смотреть на рейтинг. И голосовать в первом туре за наиболее популярного из них (оппонента Путина. — Авт.). Бояться нечего — хуже Путина не будет…». Собственно, а может ли быть хуже? Это один из вопросов, который мы адресовали нашим авторам и экспертам.

«Победа в первом туре совершенно исключена. Главным соперником Путина станет тот кандидат, который ясно и четко объявит: «Выберете меня — немедленно распущу Думу и объявлю новые выборы». Во втором туре против такого кандидата у Путина не будет никаких шансов», — это уже слова известного юриста, блогера Сергея Навального из переписки с не менее известным писателем Борисом Акуниным (http://borisakunin.livejournal.com).

Акунин, представляя Навального, пишет о нем как о самой яркой политической фигуре последнего времени. «Он — единственный актуальный политик сегодняшней России. На этого человека обращено множество взглядов — восхищенных, ненавидящих, критических, недоумевающих», — подчеркивает Акунин. На упомянутых декабрьских митингах оппозиции Навальный был одним из ее активных участников — выступал, критиковал, призывал… Но какой стержень кроется за его словами?

Писатель Акунин в рамках упомянутой дискуссии поинтересовался у Навального его отношением к Сталину. «Гитлер и Сталин — два главных палача русского народа. Сталин казнил, морил голодом и мучил моих соотечественников, лично для меня здесь все ясно. Однако я против того, чтобы это было «вечным» вопросом, и не вижу никакого смысла во всей этой «десталинизации» и т. д. «Вопрос Сталина» — это вопрос исторической науки, а не текущей политики», — пишет Навальный.

Что ж, выводы должны делать представители российской демократической тусовки, которые возлагают большие надежды на Навального. Как правильно дальше пишет Акунин: «Не согласен. Призрак «эффективного менеджера», при котором «Держава Была Великой», нужно закопать очень глубоко и проткнуть осиновым колом. Иначе он будет вылезать из могилы снова и снова».

Говорили и о том, за что часто критикуют Навального (участие в «Русском марше») — о «национальном русском государстве». «Безусловно, поддержу его (лозунг. —Авт.) в трактовке того же Ходорковского: это альтернатива попыткам построить из России империю формата XIX века. Источник власти в национальном государстве — нация, граждане страны, а не сословная элита, которая выдвигает лозунги захвата полмира и глобального доминирования и под этим соусом грабит население, марширующее в сторону Индийского океана. …Национальное государство — это европейский путь развития России, наш милый, уютный, при этом крепкий и надежный европейский домик».

Так что такое «национальное русское государство»? Это второй вопрос, с которым мы обратились к нашим авторам и экспертам.

И еще. Тот же Навальный пишет: «Невозможно править страной, которая тебя (Путина. — Авт.) не хочет. Невозможно жить и работать в столице, которая тебя ненавидит и презирает. Хоть тысячу раз объяви себя президентом — не удержишься». Если предположить, что действительно «не удержится», то какой будет Россия после Путина? Хотя, как сказал в разговоре с автором один из умных людей: «Пока наступит время, когда Россия будет после Путина, ты будешь на пенсии». Возможен ли вообще нормальный путь трансформаций в России? Украина и российские перемены?

«В РОССИИ МОЖЕТ НАСТУПИТЬ «ВРЕМЯ СМУТЫ»

Александр МОТЫЛЬ, историк, профессор политологии Университа Рутгарс, эксперт по советскому и постсоветским режимам, Нью-Джерси, США:

— По вашему мнению, какой страной может быть «Россия после Путина»? И что это может значить для Украины?

— Если переход к постпутинской России будет мирным, вероятнее всего, Россия станет демократической страной. Если этот переход будет агрессивным — большая вероятность того, что в стране будет постыдная диктатура. При условии демократии, вероятнее всего, страна будет стремиться к улучшению отношений с Украиной. При диктатуре, с другой стороны, может начаться неоимпериалистическое наступление на Украину, ради укрепления собственной легитимности внутри страны. Но, в любом случае, каким бы ни был режим, можно ожидать жестких отношений с Украиной по газовым вопросам.

— Что может означать «национальное государство», о построении которого в настоящий момент говорят в России?

— Есть три возможных варианта ответа. Первый — национальное государство может означать нормальное суверенное государство, полностью удовлетворенное своими границами. Это будет некое либеральное понимание данного термина. Второй — национальное государство может означать: Россия, пытающаяся справиться с «угрозой» Ислама методами русификации. Это будет так называемое нетерпимое понимание. Трете — национальное государство может означать гипернационалистический режим с преувеличенным виденьем своего места под солнцем. Это будет авторитарное\фашистское понимание.

— Каких перемен в России можно ожидать в ближайшее время? И как это может повлиять на отношения с Украиной?

— В России может наступить «время смуты» с быстрым или медленным распадом режима и его заменой другим — демократическим либо авторитарным. Такая нестабильность в России, очевидно, может негативно повлиять на экономику и безопасность Украины. Но это также может заставить представителей украинской элиты наконец приступить к реформированию национальной экономики и в целом объединить народ. В конечном счете, нестабильность в России — это явная угроза, но также может быть исключительной возможностью для Украины.

«НЕ ФАКТ, ЧТО РОССИЯ БУДЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ ДО ЗАВЕРШЕНИЯ СРОКОВ ДЕЙСТВИЯ ХАРЬКОВСКИХ СОГЛАШЕНИЙ»

Алексей ТОЛКАЧЕВ, общественный деятель, законодатель, философ, президент Европейской ассоциации украинцев:

— Как вы понимаете понятие «национальное государство», о котором сейчас идет дискуссия в России?

— Проблема национального государства для России — это, в сущности, проблема идентификации. Кем является Россия — гражданским содружеством абсолютно разных этносов или стержнем национальной культуры? Чтобы сохранить имперскую целостность, для России принципиально важным является формирование национальной идентичности. Единственная возможность сформулировать такую идею заключается в сфере «русскости». Борьба за наследие Киевской Руси — это идейный способ удержать целостность российского государства и обеспечить хотя бы какую-то перспективу. На сегодня в российском обществе есть огромное расслоение, нет ощущения целостности, общности государства. Потому что те, кто живет на Дальнем Востоке, кто — на Кавказе, и — в районе Москвы, не знают, как себя идентифицировать. Например, когда дагестанца спрашивали, кто он есть, с кем он себя идентифицирует — он говорил: «Я — дагестанец». А когда его спрашивали: «А если поедете за границу?». «За рубежом я — россиянин», — отвечал он. В середине самой России у населения нет общей идентичности.

В 2007 году Путин озвучил необходимость формирования гражданской нации. Тогда в интеллектуальной среде РФ активизировались поиски — что такое в действительности «национальная идея». После общения с российскими экспертами у меня возникла такая мысль, что Россия свою идентичность связывает с наследием Киевской Руси. Но это наследие Украины! И мы знаем, что одна из целеустремленных войн, которая велась против Украины в течение последних нескольких веков, — это война за наследие и за историю. Это один из самых высоких уровней мировоззренческих войн. Известно, что до конца ХІХ века украинцы часто именовали себя русинами, а наша территория называлась Русью. Это понятие потом было подменено на Малороссию, а впоследствии — вообще заменено в широком употреблении Украиной. Таким образом, наследие Киевской Руси перетянула на себя Россия. Однако без привлечения в свои сферы влияния исторической Руси, то есть Украины, руськая национальная идея России является неполноценной, она лишена корней. Именно поэтому Патриарх Кирилл со своим «Русским миром» постоянно пытается распространить влияние на Украину.

Таким образом, первый момент: идея России как гражданского государства, которое объединяет всех по принадлежности к гражданству, является чрезвычайно слабой. Такое государство может рассыпаться при наименьшем послаблении московского имперского центра, который на сегодня держит всю территорию. Они пытаются восстановить «руськую идею», сделать Москву центром «руського мира». Но эти попытки чрезвычайно малы, потому что Москва является производной от «руського мира», а центром является Киев, Украина.

Второй момент. На сегодня русские люди (именно русские по этнонациональному признаку) в России составляют едва ли не меньшинство. Есть чрезвычайно большое количество других народностей, этносов, которые уже претендуют на мажоритарность. Поэтому Россия скоро вообще потеряет свою русскость. Единственная возможность сохранить идентичность — привлечение в сферу своего влияния Украину и Беларусь. Эта проблема, по-моему, будет связана с попытками установить мощное мировоззренческое историческое влияние на Украину, чтобы в любом случае удержать материнскую территорию Руси в сфере влияния Москвы.

— Лидер движения «Левый фронт» Сергей Удальцов пишет в своей колонке на «Эхо Москвы», что «бояться нечего — хуже Путина не будет». А вы как думаете?

— Думаю, что хуже Путина может быть. Это как раз тот вариант хаотической демократии, который был у нас после 2004 года. Дело в том, что для Украины раздор и болтовня, которая очень сильно разочаровала украинцев, европейских партнеров и вообще все мировое сообщество, — это, по сути, естественное следствие большинства демократических революций. Такой бардак был и в Сербии, и в Киргизии… Если в России случится демократический вариант развития, он будет чрезвычайно хаотичным. Есть достаточно много абсолютно несознательных центров влияния, абсолютно примитивных по уровню своего мировоззрения, ментальности и идейного наполнения. Эти центры влияния будут тянуть на себя одеяло, это будет раздирать не только политическое пространство Российской Федерации, но и территориальное. Поэтому тот беспорядок, который не стал критическим для Украины или для Кыргызстана, который не привел к территориальному распаду государства, может привести к территориальному распаду Российской Федерации.

В 2005 году, когда продумывали разнообразные экспорты «оранжевого опыта» проведения демократических революций, в том числе на территории РФ, все сценарии приводили к распаду России. Это нестабильность с возможными гражданскими конфликтами, а если учесть, что Россия на своей территории имеет огромный потенциал ядерного оружия, то демократическая революция, которая приведет к следующему псевдодемократическому хаосу на территории РФ с риском распада этого государства, является угрозой для стабильности всей мировой системы.

По-моему, демократическая революция для России на сегодня будет хуже, чем правление Путина. Поэтому при всех недостатках авторитарного правления Путина, при всех притеснениях свободы на сегодня именно такая авторитарная модель существования России — это единственная форма возможного существования России как целостного государства. Все другие формы будут приводить к ее распаду на отдельные государственно-территориальные образования.

— А в России вообще возможны трансформации без потерь?

— С моей точки зрения, положительных прогнозов для РФ, к сожалению, нет. Если будет сохраняться такой авторитарный режим, то Россия в течение ближайших двух десятков лет скатится к абсолютно отсталому государству, аналогу Северной Кореи, но с истощенной ресурсной базой. Удерживать целостность территории будет все сложнее, тем более ввиду мощной этнической и экономической экспансии Китая на Дальнем Востоке. Поэтому, при условии авторитарного управления, мой прогноз существования РФ — 20—30 лет. Если произойдет демократическая революция, мой прогноз существования России в таком случае — лет пять. Российская Федерация — это чрезвычайно большое по территории государство, управление которым при таких размерах не может быть эффективным. Это наследие россиянам от далеких имперских времен, когда существовали метрополии, колонии. Удерживать и руководить таким огромным государством в мире будущего просто невозможно. Поэтому жизненный выбор следующий: или Россия останется с национальной идеей, национальной идентичностью при меньшей территории, или болезненный распад в более далекой перспективе.

Из моих личных разговоров с экспертами московской школы политических исследований, которые искали национальную идею, идентичность для России. Они признавали мизерными любые попытки идентифицировать Россию с Русью до тех пор, пока она существует в таких огромных размерах, пока национальные меньшинства составляют едва ли не большинство всего общества Российской Федерации. При таких условиях, если бы в Киеве нашлась политическая воля утвердить руськую национальную идею, которая была бы наследницей Киевской Руси, то значительная территория современной Российской Федерации избрала бы ориентацию на Киев, а не на Москву. Это, возможно, в известной степени ускорило бы территориальное переформатирование РФ, и помогло бы большинству россиян определиться, кем они являются.

— Какие могут быть последствия этого для Украины?

— Угрозы для Украины очень серьезные. Они заключаются в том, что Украина всегда играла какую-то чрезвычайно пассивную роль. Она оставалась объектом геополитики, она не реализовывала никаких собственных геополитических стратегий, поэтому всегда оказывалась разменной монетой в геополитических играх других субъектов. Если начнется распад Российской Федерации, то, с одной стороны, Украина никоим образом не сможет защитить свои национальные интересы, потому что она не будет влиять на процессы, а с другой — окажется объектом геополитических стратегий США, Европейского Союза, Китая, кого угодно, только не собственных национальных интересов. Но при условии всех трансформаций, которые могут произойти в РФ, Украине открываются не только угрозы ее территориальной целостности, но и появится возможность реализации собственных крупных геополитических проектов. Если в России будет продолжаться поиск национальной идеи при условии дестабилизации единственного территориального образования, Украина получила бы возможность вернуть под влияние Киева и Кубань, и другие территории. Но у Украины нет никаких амбиций. В Украине все сегодня воспринимают Россию как абсолютно вечное постоянство, с которым никогда ничего не случится.

Если бы была мощная политическая воля в Украине, то можно было бы возродить мировоззренческое влияние на большую часть территории России, там, где население является руським и идентифицирует себя с Киевской Русью. Фантастическим проектом было бы восстановление чего-то вроде Киевской Руси. Но для этого нужны достаточно серьезные мировоззренческие изменения и превращение Украины из объекта в субъект, нужны амбиции не только гречкосеев, но и большие. Линейные прогнозы будущего сегодня уже являются неадекватными. Многие признают, что политическая карта мира будет переформатирована в ближайшие 10—15 лет. Прятаться от этого нет никакого смысла. Эти сценарии необходимо рассматривать, к ним нужно готовиться. У нас никто не готовится. У нас думают, что если мы подписали Харьковские соглашения с обязательством оставить российский флот в Крыму, то это так будет вплоть до завершения сроков. Но не факт, что Россия будет существовать до завершения сроков действия Харьковских соглашений.

«ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РОССИЯ НЕ СТАНЕТ ДАЖЕ БЕЗ ПУТИНА»

Сигеки ХАКАМАДА, политолог, профессор Токийского университета Аояма Гакуин:

— Откровенно говоря, я не думаю, что Путин очень скоро отойдет от политики. Допустим, что так, но Россия не сразу станет демократической страной. Практика свидетельствует, что Россия за все это время кардинально измениться не смогла. Об этом «говорят» также последние демократические акции, которые фактически испытали поражение. Или, например, Медведев, который хотя и выглядит достаточно либеральным, однако настоящую либеральную политику он вряд ли проводил и будет в дальнейшем проводить, даже если по каким-то причинам он опять станет лидером государства. За короткий период времени невозможно изменить качество общества, потому что это то, что есть глубоко в людях, это характер, это качество мышления. Россия остается Россией, и основные ее элементы остаются неизменными. Демократической Россия не станет даже без Путина. Но также много зависит от того, кто после него станет лидером. Сложно прогнозировать, потому что претендентов я пока еще не вижу. В конечном итоге это не вопрос правительства и не вопрос руководителя. Россия имеет свою специфику, которую за короткий промежуток времени очень сложно изменить.

«ПОСЛЕ ПУТИНА БУДЕТ ДРУГОЙ ПУТИН»

Михаил ПОГРЕБИНСКИЙ, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии:

— Навальный вкладывает в понятие «национальное государство» то, что имеет шанс получить электоральную поддержку. Это, очевидно, близко к лозунгу «Россия для русских!», «Давайте прекратим кормить Кавказ!» и т. д. Россия вообще не была никогда национальным государством. Попытки строить такое государство очень опасны для нее, тем более, для этого нет исторических оснований. Россия всегда была империей, и в ней существует имперская традиция: если ты — инородец (к примеру, татарин), но ты признаешь Москву своей столицей и служишь этому государству, то ты имеешь равные права с титульной нацией. Только это и может удерживать государство в тех границах, в которых оно существует. То, в чем участвует Навальный, — это фактически националистическая идея, которая очень опасна для Российского государства.

Что касается России после Путина. Думаю, после Путина будет другой Путин. Идеология суверенного сильного государства будет разделяться новым лидером и получит широкую поддержку в обществе. Хотя это и будет другая фигура, меньше связанная с представлением о путинском государстве (по идеологической наполненности), которое существует в элитах, новый лидер будет таким же, что и действующий Путин.

Россия живет отдельным государством, и Украина никак не вписывается в российские конструкции. Украинцы должны строить свою идентичность и свое государство, которое имеет гораздо больше шансов быть национальным, а не империей. Кстати, Украина никогда не была империей и не претендовала быть ею. Впрочем, для нас важно, чтобы Россия была благополучной страной и чтобы оттуда не исходили импульсы нестабильности. Кроме этого нам важно, чтобы мы нашли такой формат взаимодействия, который позволял бы использовать все преимущества нашей близости и в то же время сохранял бы шансы на свой собственный путь.

«РОССИЯ НА ПЕРЕПУТЬЕ МЕЖДУ ДВУМЯ УГРОЖАЮЩИМИ ВЕКТОРАМИ»

Лилия ШЕВЦОВА, политолог, ведущий научный сотрудник Московского центра Карнеги:

— Алексей Навальный — яркий представитель нового поколения. Слава Богу, что появляются люди, которые не принадлежат к 90-м и претендуют на роль политических лидеров. Но его отношение к десталинизации и ряду других вопросов, включая национальный, говорит, прежде всего, либо о недостаточной зрелости Навального, либо о том, что он мало думал об этих вещах, либо о том, что он не понимает — новая российская система и новая российская цивилизация зависит от того, как решен вопрос десталинизации. Проблема десталинизации — проблема политиков, общества, это проблема выхода России из ее прошлого. Если он этого не понимает, это очень прискорбно.

К сожалению, за 20 лет после распада Советского Союза Россия так и не решила проблему своей легитимности и государственности. Россия оказалась на перепутье между двумя угрожающими и опасными векторами. Первый — это путь России к национальному государству. Что делать с Северным Кавказом, с Башкортостаном и миллионами граждан, которые считаются россиянами, но не являются русскими? В России осуществление идеи national state (национального государства) будет неизбежно означать национальную чистку. Это драматический вариант для России. Кстати, тот вариант европейского национализма, который был в Восточной Европе и есть в Украине — украинский национализм как движение в Европу — по сути, не может себя реализовать в России. Российский национализм оказывается очень опасным. Второй вектор — это сохранение России в нынешнем состоянии с непонятным статусом Северного Кавказа, с неудовлетворенностью других наций, с имперскими замашками (очень многие считают Россию недораспавшейся империей), который тоже ущербен и недолговечен.

Россия будет «бултыхаться» в серой цивилизационной зоне, пока она не решит проблему своей национальной идентичности и не даст всем нациям, которые проживают в ней, стать полноправными.

«НАМ ЕЩЕ ПРЕДСТОИТ ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ БОЛЬШИЕ СЛОЖНОСТИ И ИСПЫТАНИЯ»

Игорь ЧУБАЙС, директор Центра по изучению России Российского университета дружбы народов:

— Политическая, экономическая, демографическая ситуации в России запущены настолько, что ожидать быстрого выхода и быстрых решений нельзя. Это было бы иллюзией. По существу мы живем в ленинско-путинской системе, а этот режим уже существует 90 лет. Как только он перестанет действовать, страна окажется не в простом положении, но другого выхода из этого тупика нет.

Нам предстоит еще пройти через большие сложности и испытания. Главное в этом — общенациональное согласие и диалог, чтобы осуществить переход к другой государственной системе: когда не номенклатура диктует стране, как жить, а страна и народ сами выбирают путь развития. Нам также необходимы настоящие дискуссии. Ведь все, что происходило до сих пор — это был либо монолог, либо имитация диалога: когда в разговоре с Владимиром Путиным люди задают заранее подготовленные вопросы, на которые следуют заранее подготовленные ответы.

В тупик мы проваливались 20 лет. Хотя я и не могу терпеть КГБ, но в свое время Андропов сказал правильную вещь о том, что мы не знаем страны, в которой живем. Сегодня мы находимся в ситуации, когда не понимаем, где мы: у нас нет статистики, нецензурированных СМИ. Сперва нужно понять, куда мы пришли и что с нами происходит. Все это можно сделать только сообща. В чем еще нет дефицита в России — так это в людях мысли. Россия по части идей никогда не была страной, которой нечего было сказать. А вот из постсоветской болезни нам выходить хотя и не 90 лет, но и не один год. Бурность нынешней политической жизни свидетельствует о ее болезненности. Когда в государстве все ясно — никто не устраивает дискуссии. У нас же каждый день открывают какие-то «новые» вещи.

На счет национальной державы. Для России это очень сложный вопрос. Это единственный вопрос, который Россия не решила в начале ХХ века. Мы до сих пор не вышли из кризиса, в котором оказались после 1917 года. Идеального решения этого вопроса нет и по сей час. В то же время Украина практикует очень правильную идею, используя понятие «политическая нация». Думаю, то же следует сделать и в России, потому что политическая нация — граждане одной страны. У нас много национальностей, но страна у нас одна. Русские или россияне — будет так, как решат люди. Сейчас же у нас нет объединяющего концепта, который бы сплотил весь народ. Даже в тоталитарном режиме СССР был выдуман термин «советский народ» — сейчас нет подобного. Сегодня единство страны обеспечивается совершенно искусственными и авторитарными методами. Это будет одной из проблем, которая, скорее всего, и возникнет после смены режима — так называемого «федерализма» сегодня нет. Но регионы слушают Москву, иначе они не получат денег и в регионе будут беспорядки. Единство страны достигается навязыванием воли правящей номенклатуры, а единство должно быть абсолютно органичным — все должны хотеть жить вместе. Чтобы решить проблему российской идентичности, нужны общие ценности.

Иван КАПСАМУН, Игорь САМОКИШ, Анна ПОЛУДЕНКО, Артем ЖУКОВ, «День»

Коментарі закриті.